ads

Style2

Style3[OneLeft]

Style3[OneRight]

Style4

Style5

HOME THEATER

Никому не дано счесть ни дней своих, ни часов. Может, и хорошо это... Они ведь как песчинки на берегу океана. Твои, мои, наши, ваши...
Песок в песчаных... нет, в песочных, конечно же, часах. Песчаные бури, а часы — песочные. Самое точное и самое дешевое время. В то время. Потому что песка было, да и сейчас, впрочем, хоть залейся. Со времен еще ДО Иисуса где-то в Азии, говорят, изобрели переливание из пустого в порожнее, когда появилась в том надобность. Вручную в первое время, из ладони в ладонь, пока стеклянные колбы мастера не научились выдувать. Точность — не конечная цель, она лишь приближает человека к идеальному отсчету времени, но как известно, человек предполагает, а Господь располагает. Создавать Совершенство — его прерогатива и привилегия. Так появились швейцарские хронографы из розового золота с прозрачной сапфировой задней крышкой и фазами Луны за 166 тысяч баков, то бишь, шкур карибу, северного оленя, резидента тундры и тайги в Северной Америке.

Шутка ли сказать, все было в те времена дешево, и часы песочные, в том числе, и шкуры оленьи буквально копейки стоили, один всего доллар, и никто фальшивомонетчиков не гонял: самому можно было в домашних условиях отчеканить, сколько хочешь, и стать миллионером. Только сегодня догадались, — а сколько лет безвозвратно потеряно! — биткоины штамповать. Как кирпичики для дома в пустыне из верблюжьих лепешек. Безо всякого денежно-банковского сопровождения: насобирал, отформатировал и твори, продавай, покупай... А что? В виртуальном мире, поди, живем. Многие уже под «никами» прячутся. Все разрешено, что не запрещено, если не брезгуешь.

Но вот попробуй, сочти свои песчинки, узнай, сколько на роду тебе написано, не получится. Перемешались они с соседними, неразлучны как прутья в березовом банном венике. Так задумано, ничего не поделаешь. Человеческая цивилизация. Одно время в Древней Греции было модно, для тех, кто побогаче, естественно, услуги и тогда денег стоили, посещать салон сестер Мойр, которых звали Лахесис, Клото и Атропос. Записывались на прием заранее, чтобы узнать свою судьбу. Любопытно было. Сестры-то знали, конечно, все о посетителях, тайная полиция не зря хлеб свой жевала, а сестры через своих агентов-кротов в полиции доступ к досье на каждого имели. Но чтобы не расстраивать просителей, чтобы снова приходили, говорили им неправду. Во спасение души и процветания бизнеса. Ложь во спасение во все времена признавалась легитимным инструментом для поправки психического здоровья пациента. Нечестно, конечно, но исповедоваться в грехах Мойрам было не перед кем, конкурентов не было тоже, и они в отсутствие других заявок на подряд, на тендер по-современному, со спокойной совестью приватизировали ясновидение и прогноз погоды. С благословения богов, разумеется.

В общем, пряли они, пряли нити судеб человеческих, с утра до глубокой ночи: настоящее, прошлое и будущее. Каждый божий день до глубокой старости. И все их боялись, потому что оборвать нить им было проще пареной репы: не так посмотрел, не то сказал. Как чихнуть или высморкаться в кружевной платочек. В белоснежных одеяниях, под музыку прибоя сидели они рядышком друг с другом, поскольку жили одни на острове посреди моря, и у каждой из сестер была своя оригинальная функция. Зевсу, однако, согласно мифологии, это не очень, даже совсем не нравилось, поскольку подрывало его авторитет среди подчиненных богов и богинь, и он начал было самолично взвешивать судьбы людей на золотых весах, когда, естественно, было время, потому что надо было еще повоевать, посетить красивых женщин на Земле, первой супруге, премудрой Метис отчитаться: где был и что делал... Дел было по горло, и тут Фемида, вторая его жена, что с повязкой на глазах, мечом в одной руке и весами в другой, пришлась очень даже кстати и стала его в судах подменять. А для пущей важности, чтобы никто ничего не перепутал, кто здесь главный, Зевс приказал над своей статуей в храме своего же имени разместить надпись: «Предопределение и судьба повинуются одному только Зевсу». Ему, то есть, единственному и неповторимому вершителю судеб.

Что сказать: нарцисс и диктатор в одном лице. Таких ныне пруд пруди. Ничто человеческое и богам не чуждо. И сестренок Мойр вежливо попросили отойти в сторонку, чтобы не светились. Лямку свою они по-прежнему тянули исправно, так что на могильной плите очередного усопшего от благодарных ему родственников своевременно появлялась свежая памятная запись типа «Браво, Иванов! Чтоб я так жил, как ты помер!» Кратенько, но со вкусом. Не хочу показаться циничным, но так заведено испокон веку: прах к праху, тлен к тлену, и изменить круговорот в природе мы не в силах. Предначертанное свыше происходит всегда. Я, к примеру, не знаю ни одного такого случая, чтобы что-то происходило не по воле Божией, а случайно. У каждого следствия есть причина, и каждая причина порождает следствие. Истинно говорю вам: дважды два четыре. Отрицателей тоже хватает, не будем отрицать. Судьбы нет, бабушкины сказки, — говорят они. А что есть? Есть цепь случайностей, не зависящих от нас. Однако, эта «цепь случайностей» и есть та самая нить, которую прядут и обрезают в какой-то момент ножницами сестрички Мойры, повинуясь только им известному алгоритму. Вам не кажется? Алгоритм этот прост, как бином Ньютона: две параллельные прямые, олицетворяющие прошлое и будущее, соединяются в некоей точке, в настоящем. И наступает конец всему: прошлому, настоящему и будущему. Теория Большого Взрыва.
(фрагмент романа "Рай Incorporated" - читать в Amazon, Ozon, Ridero, ЛитРес)
© Валерий РУБИН "Canadian News Service" CNS Non-Profit site. Некоммерческое сообщество журналистов

About Valery Rubin

Автор блога-сайта о себе. Валерий Рубин. Инженер, журналист, редактор, блогер, литератор. Родился, учился, женился. Именно в таком порядке. Из Питера. Здесь закончил школу, поступил в Военно-Механический институт. Государство - дай Бог ему здоровья - дало возможность получить повышенную стипендию, а впридачу к ней высшее образование, интересную и престижную специальность. Полжизни отдал работе в "ящиках", командировкам. И где только не побывал. На Крайнем Севере и на Дальнем Востоке, в песках Средней Азии и на берегу Черного моря, на равнинах Балтии и в горах Кавказа. Служил начальником боевого расчета на космодроме Плесецк (секретная информация, не подлежащая разглашению). Земную жизнь пройдя наполовину, купил кота в мешке, сменил профессию и занялся журналистикой. Работал инспектором "Российской газеты" и газеты "Правда" в Северо-Западном регионе, иностранным корреспондентом "Парламентской газеты". Сотрудничал со многими печатными и сетевыми изданиями в России, Израиле и в Канаде.
«
Next
Newer Post
»
Previous
Older Post

Top